• Сегодня: Воскресенье, Май 28, 2017

Философия защиты

Автор:
Дмитрий Прокофьев
Вице-президент Ленинградской областной торгово-промышленной палаты


Проблема инженерной защиты зданий и сооружений всегда волновала человека — иначе, по выражению Наполеона, сорок веков не смотрели бы на нас с высоты египетских пирамид. Но пирамиды служили мертвым, а мы хотим рассказать о философии, которая понадобится живым.

Горький опыт человечества

Опыт человечества, который зачастую транслируется в сказках, притчах и просто историях, рассказываемых на ночь детям, заслуживает изучения даже самыми технологичными цивилизациями, вооруженными суперкомпьютерами и ядерными боеголовками. В старых историях, как солнце в капле воды, отражается опыт, накопленный в противостоянии со стихиями, опыт столкновения с силами природы, опыт, добытый ценой тяжелых потерь.

Каждый с детства знает простую, в сущности, сказку о зайчике и лисе, построивших себе избушки. Заяц строил себе лубяную избушку, маленькую и неказистую, лиса же соорудила себе настоящую усадьбу изо льда. Ледяная избушка лисы смотрелась, очевидно, эффектнее и ярче, о чем, собственно, лиса не уставала напоминать зайцу. И действительно, зимой ледяной дом производил сильное впечатление. Но когда весеннее солнце начало нагревать землю, все сложные ледяные конструкции лисы превратились в лужу воды. Так что мы можем считать, что урок важности инженерной защиты зданий и сооружений каждый из нас получает еще в детстве.

Энциклопедия трактует понятие «инженерная защита» как — «комплекс сооружений, направленных на защиту людей, здания или сооружения, территории, на которой будут осуществляться строительство, реконструкция и эксплуатация здания или сооружения, от воздействия опасных природных процессов и явлений и (или) техногенного воздействия, угроз террористического ха­рактера, а также на предупреж­дение и (или) уменьшение последствий воздействия опасных природных процессов и явлений и (или) техногенного воздействия, угроз террористического характера».

С этим определением мы согласны, но добавим, что понятие «инженерная защита» следовало бы расширить, и вот почему. Сталинский нарком путей сообщения Лазарь Каганович любил говорить своим подчиненным: «У каждой аварии есть фамилия, имя и отчество!». Мысль во многом верная, потому что в современном мире некорректно говорить о природных и техногенных катастрофах. Правильнее все же говорить о катастрофах человеческого фактора и общественного поведения.

Поясним эту мысль. Разумеется, бывают потрясающие по своей разрушительности и последствиям природные катастрофы, вроде землетрясений или цунами у японских берегов. Однако и в этом случае мы видим, что одинаковое по разрушительной силе землетрясение в Чили и на Гаити приводит к совершено разным последствиям в смысле человеческих и материальных потерь. Причина здесь кроется в первую очередь в социальной организации этих стран и в той степени ответственности, с которой подходят в разных обществах к вопросам обеспечения безопасности. Современная наука дает множество возможностей в смысле предвидения катастроф и не меньше — в смысле умений и способности подготовиться к этим катастрофам.

Обратившись к понятию «цели» инженерной защиты территорий — мы определим ее как обеспечение безопасности населения и предотвращение отрицательного воздействия опасных природных и техноприродных процессов на территории, здания и сооружения.


«Никакого пожара в школе не было. Была просто учебная тревога. Это случилось через два года после постройки. Была учебная тревога, и ребята с верхних этажей полезли на пожарные лестницы. Первыми вылезли на лестницу самые младшие, и они не умели быстро спускаться по перекладинам. За ними пошли большие ребята из седьмых и восьмых классов. Маленькие задерживали движение, поэтому лестница и железная площадка наверху были забиты детьми. Кладка не выдержала, болты, крепившие лестницу к стене, вырвало, и сооружение завалилось, раскидав ребят во все стороны. Трое были убиты на месте… некоторые остались калеками на всю жизнь»

Роберт Пенн Уоррен
«Вся королевская рать»


И здесь нельзя пройти мимо вопроса о цене человеческой жизни. Или о цене смерти, если такой подход нравится вам больше.

У всего есть цена

Оценка рисков – проверенный подход к защите здоровья работников, погибшего в обрушившемся здании, под оползнем или сорвавшегося с лестницы? Только не надо рассказывать про недопустимость такого подхода. Цена человеческой жизни с точки зрения экономики — важный индикатор, он показывает, какие средства нужно потратить на защиту этой самой жизни, как рассчитывать страховки и определять сумму расходов на обеспечение безопасности.

В самом простом случае можно предположить, что стоимость жизни равна величине «человеческого капитала», равного, в свою очередь, добавленной стоимости, которую человек производит за всю свою жизнь. С таким подходом, можно прийти к выводу, что стоимость жизни среднего россия­нина немногим превысит $100 000. Кроме того, из этой теории можно сделать вывод, что жизнь одного миллиардера (или чиновника категории «А») стоит столько же, сколько жизнь всех жителей городка из средней полосы России, вместе взятых.

По разным методикам оценки, которые используют страховщики и чиновники, жизнь человека в России стоит миллиона полтора-два рублей (разумеется, здесь не идет речь о россиянах, на спасение которых в случае нужды будет брошена вся мощь государства). С такой оценкой соглашаются и сами россияне, по прошлогодним данным Росгосстраха медианное значение материального возмещения в связи с гибелью человека в сумме 1,3 миллиона рублей опрошенные граждане считают «справедливым и оправданным». И вряд ли этот показатель изменился. Пусть это будет даже два миллиона руб­лей. Все равно этого недостаточно и вот почему.

Человек — это не только то, что он производит, и его профессиональная деятельность — это лишь небольшая составляющая жизни. Поэтому и стоимость жизни должна быть намного выше «человеческого капитала».

В последние 20–30 лет экономисты разных стран провели десятки исследований, пытаясь оценить так называе­мую «стоимость среднестатистической жизни». В основе этой методологии лежит анализ реальных решений, при принятии которых люди взвешивают стоимость своей жизни. Цену жизни можно вычислять, зная, насколько выше заработная плата у тех, кто работает на опасном производстве. Или насколько дороже продаются более безопасные автомобили в сравнении с обычными.

Так вот, для американского рынка труда «цена жизни» находится в интервале от $4 млн до $9 млн. Подобные цифры получаются и при анализе решений о покупке недвижимости с высокой степенью инженерной защиты, с учетом экологической ситуации и т. д. Надежность этих оценок достаточно высока. И правительство в Вашингтоне, и правительства отдельных штатов используют методологию определения стоимости жизни при принятии решений об инвестиционных проектах в важных сферах — охране окружающей среды, здравоохранении, безопасности на транспорте, строительстве крупных сооружений.

Еще четыре года назад российский экономист Сергей Гуриев доказывал, что расчетная «цена жизни» в России не может быть меньше 1,3 миллиона долларов. В своих расчетах он, кроме прочего, опирался на довольно достоверную статистику подобных исследований в Индии. Самая нижняя оценка стоимости жизни индийца составляет $1 млн! На эту цифру опирается индийское правительство при расчете разнообразного рода возмещений, страховок и требований. Если учесть, что Индия отстает от России по ВВП на душу населения в четыре раза, то экстраполяция индийских данных позволяет оценить жизнь россиянина на уровне $2 млн и выше, писал Гуриев. Сам же он рассчитал, что диапазон цены на жизнь (или смерть) для россиянина составляет от $1,3 до $3 млн. Именно такая сумма, как минимальная (!) должна браться в расчет теми, кто отвечает за выделение средств на меры безопасности и комплекс мероприятий по инженерной защите.

Остановить катастрофу

А на какую цифру следует опираться государству, когда оно оценивает риски утраты человеческой жизни в случае аварий и катастроф. На расчеты, приемлемые для бюджета, или на те высокие, без преувеличения, цифры, которые мы здесь привели?

Увы, экономику не обманешь. Компенсация жертвам катастрофы и экономический ущерб — это разные вещи. Государство может платить ничтожные компенсации и закладывать в расчеты мизерные суммы — это будет краткосрочным выигрышем бюджета, но долгосрочным проигрышем экономики и социума, поскольку пренебрежение безопасностью людей, одним из важнейших факторов обеспечения которой является инженерная защита зданий и сооружений, создает искаженную систему экономических стимулов. Мы как бы втягиваемся в систему с отрицательной обратной связью. Изначально низкая «цена жизни» тянет за собой пренебрежение системами инженерной защиты, пренебрежение системами защиты будет означать отсутствие стимулов к высокотехнологичным решениям в этой области, нет стимулов к технологиям… Дальнейшую цепочку выстроить легко. Каковы же должны быть наши выводы?

А выводы таковы…

Планирование комплекса инженерной защиты должно стать обязательным на этапе планирования любого инвестиционного проекта в области строительства, поскольку безопасность объекта является фактором повышения его капитализации.

Повсеместное внедрение этого принципа позволит удешевить технологии инженерной защиты и в относительном и в абсолютном смысле — за счет эффекта масштаба. Сейчас технологии инженерной защиты остаются «штучным продуктом» именно потому, что пока еще не применяются в массовом порядке. Их массовое применение приведет к снижению их стоимости для потребителя, будь то частный инвестор или государственный бюджет, то есть налогоплательщик.

Внедрение технологий инженерной защиты в практику проектирования, строительства и оценки объектов даст толчок развитию нового рынка, причем рынка высокотехнологичных продуктов, востребованных и «мировым потребителем».

Одним из наиболее важных проектов, формирующих потребность в масштабном внедрении средств инженерной защиты, является Универсиада-2018 в Красноярске. Для проведения Универсиады предполагается расширение и модернизация горнолыжных комплексов Красноярского края. Исключительно важной задачей в процессе подготовки к Универсиаде является учет опыта, полученного в процессе строительства олимпийских объектов. Передовые мировые технологии инженерной защиты, примененные при строительстве таких крупных объектов, как горнолыжный курорт «Роза Хутор», продемонстрировали эффективность, надежность и незаметность для окружающих. Сочинский опыт бережного отношения к существующим ландшафтам и восстановления экосистем после строительства обязан учитываться при проектировании и строительстве объектов Универсиады.

Таким образом, «инженерная защита» — во всех смыслах этого понятия — может и должна стать одним из драйверов высокотехнологичной экономики России.

Дмитрий Прокофьев

Вице президент Ленинградской областной торгово-промышленной палаты

Публицист и экономический обозреватель, печатался в газетах «Санкт-Петербургские ведомости», «Петербургский курьер», журнале «Top-Manager» и других. Постоянный колумнист газеты «Деловой Петербург».

Экономист, Master of Science International Management (Бургундская высшая школа бизнеса, Франция). Окончил Президентскую программу подготовки кадров.

Родился в 1970 году, в Ленинграде. В 1990-е годы работал в службе перевозок аэропорта «Пулково». С 2000 года занимается консультационной деятельностью в сфере маркетинга. С 2001 года ведет преподавательскую деятельность в сфере маркетинга, читал курсы в Международном банковском институте, Межрегиональном Институте экономики и права, Академии управления и экономики, Российской академии народного хозяйства и государственной службы.

Автор ряда статей, посвященных проблемам управления маркетинговой деятельностью предприятий. С 2007 по 2009 год — редактор отдела журнала «Профессия — директор». С 2009 года —колумнист газеты «Деловой Петербург». С июля 2012 года — вице-президент Ленинградской торгово-промышленной палаты.